Председатель Правительства России - Председатель партии "Единая Россия" Д.А.Медведев

1 сентября 2015

Встреча с активом регионального отделения партии «Единая Россия» в Рязани

Встреча с активом регионального отделения партии «Единая Россия» в Рязани
Рязань

Стенограмма:

Д.Медведев: Добрый день, коллеги. Всех – с Днём знаний! Сегодня хороший праздник – начало нового учебного года. Поздравляю всех, кто пошёл в школу, в университет и на рязанской земле, и вообще в нашей стране. 1 сентября, сколько бы нам ни было лет – 7 лет или уже 57, мы всё равно испытываем какие-то особые эмоции, потому что учёба имеет определяющее значение в жизни любого человека. Поэтому я желаю всем, у кого есть дети – и маленькие, и более взрослые, которые в университет пошли сегодня, в другие учебные заведения, высшие и средние, – хороших отметок, хорошего настроения. Так что всех с Днём знаний!

Дорогие коллеги, я пришёл к вам, чтобы обсудить текущую ситуацию и предвыборную ситуацию, потому что у нас 13 сентября выборы. Когда мы говорим о Рязанской области, это выборы в законодательный орган, в законодательное собрание. И по всей стране, в значительной части регионов пройдут выборы высших должностных лиц, выборы законодательных органов, муниципальные выборы. Поэтому партия «Единая Россия», в которой мы с вами состоим, к этим выборам очень серьёзно готовится.

Вы знаете, что мы пошли на довольно беспрецедентные шаги, чтобы определить лучших, сделали смелый шаг в том смысле, что стали внедрять особый порядок предварительного голосования (так называемые праймериз). Может быть, это даже не совсем обычно для нашей партии и для других партий, но это позволяет лучше чувствовать жизнь, позволяет выбирать настоящих лидеров, за которых люди готовы отдавать свои голоса.

Я знаю, что соответствующие процедуры и у вас проходили. Там, по-моему, порядка 90 тыс. наших людей приняли участие во всех этих мероприятиях. Они доказывают свою эффективность. Почему? Потому что есть конкурс, есть желание людей предъявлять свои подходы, программы (в рамках, естественно, наших партийных подходов), решать задачи для жителей регионов, нашей страны. Мы этого и дальше будем придерживаться. Я думаю, что это один из способов сохранить работоспособную, сильную партию, а только такая партия нам с вами и нужна.

Я вас не буду вступительными спичами долго утомлять. Предлагаю поговорить обо всём – и о политических вопросах, но, наверное, в большей степени о текущей жизни, об экономике, о социальной сфере, о том, что волнует наших людей и, конечно, не может не затрагивать вас, поскольку вы представляете собой нашу партийную элиту, то есть руководство партии, наиболее активных деятелей партии «Единая Россия», которые живут и работают в Рязанской области.

Пожалуйста.

А.Фомин (председатель Рязанской областной думы, секретарь Рязанского регионального отделения партии): Секретарь регионального отделения партии Фомин Аркадий Васильевич.

Дмитрий Анатольевич, во-первых, разрешите Вас поприветствовать от имени регионального отделения здесь, у нас, на Рязанской земле, а также поблагодарить за то, что нашли возможность в своём напряжённом рабочем графике найти время для встречи с активом регионального отделения.

Сегодня здесь, в этом зале – секретари первичных отделений, кандидаты в областные депутаты, участники избирательной кампании. Она у нас проходит достаточно конкурентно: 10 политических партий сегодня зарегистрировано у нас на территории области. Безусловно, в ходе встреч с избирателями поднимаются острые проблемы, и сегодня мы хотели бы с Вами обсудить их и, может быть, получить где-то Вашу поддержку. Разрешите тогда перейти к разговору, и наши коллеги зададут вопросы, которые волнуют их сегодня в ходе этой избирательной кампании.

Д.Медведев: Да, конечно. Спасибо большое, но прежде чем мы это сделаем, просто хочу выразить свои эмоции. Не успел это сделать. Я заехал как раз в есенинские места. Я первый раз там. Хочу сказать, что это реально производит впечатление – такой очень добротный настоящий музейный комплекс. А с учётом того, что у нас люди стали гораздо больше отдыхать внутри страны, и не только из-за того, что рубль ослаб, а просто вообще интерес к родной стране повышается, я думаю, что может получиться очень неплохо. Поэтому хочу вам сказать, что надо развивать это место, оно знаковое для нашей страны, и, самое главное, очень красиво там. Так что хочу своими эмоциями ещё раз поделиться. Пожалуйста, кто хотел бы что-то спросить?

Т.Баринова (член Генерального совета партии, секретарь первичного отделения партии Октябрьского района г.Рязани): Здравствуйте! Баринова Татьяна Анатольевна, член партии с 2008 года, член генерального совета партии «Единая Россия», общественный жилищный инспектор по Рязанской области, председатель совета многоквартирного дома. Уважаемый Дмитрий Анатольевич, проблемы ЖКХ сейчас стоят очень остро. Особое место занимают проблемы по поиску оптимальных путей накопления средств на капитальный ремонт. Очень много делается в этом направлении и Правительством Российской Федерации, и партией «Единая Россия». Но поменялась в корне сама система: люди платят собственные средства, естественно, они беспокоятся, хватит ли этих средств, когда подойдёт очередь ремонтировать дом. Возможно, надо предусмотреть дополнительное финансирование. Как Вы считаете, возможна ли такая программа, когда часть средств выделялась бы государством, а оставшаяся часть компенсировалась за счёт льготного кредитования?

И ещё один важный аспект. Люди платят деньги, деньги аккумулируются на счетах, сроки ремонта у всех разные, программа рассчитана на 30 лет, деньги, конечно же, могут обесцениться. Можно ли предусмотреть механизм, при котором на эти средства начислялись бы проценты, аналогичные срочным вкладам граждан? А ещё лучше, если бы эти проценты были сопоставимы с депозитарными ставками. Дайте, пожалуйста, поручение экспертам рассмотреть такую возможность. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо. Я сразу начал думать, что вы имеете в виду под срочными вкладами и депозитарными ставками, потому что и то, и другое – это договор денежного вклада, или депозит. Но неважно, мысль понятна.

Знаете, это действительно для нас очень большая проблема, хотя, если вспомнить историю, я не помню, когда жилищно-коммунальный сектор не был в нашей стране проблемой. Только сейчас эту проблему мы пытаемся решать, причём достаточно, на мой взгляд, современными методами, а когда-то эта проблема (во всяком случае, в новейший период) была исключительно тяжёлой, потому что на неё вообще не было никаких средств. Сейчас, благодаря в том числе и нашим с вами решениям – я имею в виду решениям партии «Единая Россия», – у нас активно идёт программа по аварийному и ветхому жилью, на это деньги выделяются, и мы сейчас капитальным ремонтом начинаем заниматься. Но нам с вами нужно создать такую систему, которая будет понятна гражданам, прозрачна. Это не первый вопрос, который мне задают наши коллеги – активисты «Единой России», и, наверное, не последний на эту тему, потому что она людей волнует.

Что, на мой взгляд, нужно делать? Нужно обязательно создать такую систему платежей, которая, ещё раз подчёркиваю, будет понятной и справедливой. То есть если она применяется, то применяется ко всем, но возможна дифференциация по материальному уровню и каким-то другим аспектам. Может быть, кто-то должен быть освобождён от соответствующих платежей. Такие решения мы принимаем. В данном случае эти решения относятся к областной компетенции, и сама область, субъект Федерации должен принимать решение, кого освобождать, кого не освобождать от соответствующих платежей и для кого применять пониженную ставку. Это первое.

Второе: вы абсолютно правы, это долгая программа, она рассчитана не на три года, не на пять лет, а на длительную перспективу, потому что дома у нас имеют долгий срок эксплуатации. Поэтому деньги, которые люди, по сути, вынимают из собственного кармана, нужно защищать. Защищать можно только одним способом: гарантировать, что по этим деньгам не произойдёт существенных изменений, как минимум ухудшений. Как это делать? Действительно, вполне можно посмотреть на схему индексации этих денег, но не за счёт, конечно, государственных источников напрямую, а за счёт разных инструментов, которые нужно будет нам продумать и постараться воплотить в закон. Сейчас как раз наше Министерство по делам строительства такой законопроект готовит. Он заключается именно в том, чтобы те денежные средства, которые вынимаются, но не используются и накапливаются на счетах конкретных людей и, соответственно, будут использоваться на цели капитального ремонта, всё-таки их размер увеличивался сообразно тем доходам, которые можно от этих денег извлечь. Понятно, что эта цифра не может быть фиксированной, но действительно она где-то может быть сопоставима с процентами на капитал, будь это депозитная ставка или какая-то другая ставка. Вот вокруг этого нам и нужно будет выбрать модель, которую, по всей вероятности, мы предложим рассмотреть в этом законопроекте и которую впоследствии можно будет тиражировать, использовать в субъектах Федерации. То есть идея поддерживается: эти деньги надо защитить, и защитить именно теми процентами, которые могут по такому счёту выплачиваться. Как, в каком порядке и, естественно, в каком объёме – это подлежит ещё обсуждению.

В.Швецов (председатель Рязанской городской думы, руководитель фракции «Единая Россия» в Рязанской городской думе, секретарь местного отделения партии Советского района г. Рязани): Швецов Владимир Васильевич, заместитель секретаря регионального отделения партии, депутат городской думы. По профессии я врач, главный врач поликлиники, заслуженный врач России.

Дмитрий Анатольевич, мой вопрос будет, конечно, касаться медицины. У сторонников партии (у нас очень активные сторонники в Рязанской области) возник вопрос по поводу импортозамещения медицинских изделий. Готовится постановление об ограничении доступа к госзаказу импортных медицинских изделий. Обеспокоенность наша связана вот с чем: хватит ли на данном этапе возможностей, производственных мощностей, чтобы создать хорошие отечественные медицинские изделия? Ибо от этого зависит функционирование медицинских учреждений, да и, собственно, здоровье и жизнь россиян. Поэтому хотелось бы, чтобы с Вашей стороны было дано поручение ещё раз на экспертном уровне проанализировать наши возможности здесь импортозамещения, а делать это однозначно нужно, потому что медицина – отрасль, которая требует защищённости. И в качестве предложения: может быть, возможны ещё какие-то таможенные льготы для тех промышленников, производств, которые будут из сырья, комплектующих на данном этапе создавать наши медицинские изделия? Спасибо.

Д.Медведев: Можно я, Владимир Васильевич, вам в свою очередь вопрос задам? Вы всё-таки врач, вы эту ситуацию чувствуете лучше, чем отдельные чиновники в Правительстве…

В.Швецов: Очень чувствую.

Д.Медведев: … да и где угодно. На ваш взгляд, мы сейчас готовы к этому или нет? Честно только. По отдельным позициям. Потому что я, например, многократно посещал наши производства, собирал совещания по российской медицинской технике. Скажу вам честно: меня это вдохновляет, потому что я смотрю, какой огромный прогресс в этом направлении мы за последние, условно, 10 лет сделали. Но это такая тонкая очень история, потому что одно дело сказать: знаете, мы отказываемся от закупки этих станков, будем на своих работать и получим, например, чуть худшее качество – плохо, но переживём. А другое дело, когда отказаться от медицинской техники придётся. И это может повлечь просто очень тяжёлые последствия. Так вот, ваше-то мнение как медика?

В.Швецов: Дмитрий Анатольевич, мы сегодня признательны за то, что отработали несколько программ у нас в России – это и здоровье, и модернизация, – и мы сегодня техникой неплохо оснащены. Но тот вопрос, который Вы сейчас, собственно говоря, озвучиваете, он нас и беспокоит: а что дальше?

Д.Медведев: Я просто тогда конкретизирую, чтобы мы с вами говорили на одном языке. Вот, например, по устройству искусственной вентиляции лёгких – можно это делать или нет?

В.Швецов: Прибор достаточно серьёзный, его нужно делать, но там есть столько нюансов. Вы понимаете, можно создать…

Д.Медведев: Потому что одно дело расходные материалы…

В.Швецов: Да.

Д.Медведев: Там всё понятно – бинты, вату, просто даже нечего обсуждать.

В.Швецов: Пример приведу: лапароскопическая операция. Есть оснащение всё, а нужны ещё вот такие маленькие клипсы. Они уникальны в части взаимодействия с организмом, рассасывания и так далее.

Д.Медведев: Понятно.

В.Швецов: Просто нужна детализация всего – поэтапно, по каждому разделу, чтобы понять, что мы сегодня можем (и нужно это делать) и что предстоит, наверное, детально изучить и искать, потому что это безопасность медицины, это защищённость. Это будет очень неразумно, если будут оснащённые операционные, а из-за какой-то маленькой детальки мы будем стоять.

Д.Медведев: Конечно. Собственно, спасибо большое, вы мне на этот вопрос и помогли ответить. Я считаю точно так же, как и вы. Мне докладывали этот документ – «Изменения в Постановление Правительства об ограничении ввоза отдельных видов медицинской техники». Я его пока завернул ровно потому, что у нас должна быть 100-процентная уверенность, что если мы закрываем какую-то позицию (например, ИВЛ), то тогда наши точно не хуже, а самое главное, что их можно будет купить и поставить. То же самое по другим позициям, то есть лучше идти чуть медленнее, заниматься здесь импортозамещением, но быть уверенными, что все наши больницы, все наши поликлиники оснащены нормальным работоспособным оборудованием. Вообще эта тема вызвала большой резонанс – пришло большое количество отзывов, экспертных мнений, и поэтому мы всё это ещё взвешиваем, для того чтобы окончательно определиться, на что вводить запрет, а на что не вводить. Здесь не нужно волноваться, не нужно дёргаться. Естественно, если мы какие-то решения будем принимать, то мы их обязательно 100 раз обсудим, прежде всего с основным потребителем, а это в данном случае медицинское сообщество. И вот когда вы нам сами скажете «Знаете, вот по конкретной номенклатуре мы можем точно сказать, что наши не хуже, наших достаточно» – тогда мы это делаем. А если есть какие-то сомнения, лучше здесь немножко подождать.

Реплика: Спасибо!

Д.Медведев: Вот так. Пожалуйста, кто хотел бы?

В.Сидоров (депутат Рязанской областной думы): Дмитрий Анатольевич, прошла информация, что готовится ограничение поголовья в личном подсобном хозяйстве граждан России. Минсельхоз эту работу уже ведёт. Наши люди, селяне очень обеспокоены этим вопросом. Сегодня, наоборот, надо усиливать, увеличивать эту работу, чтобы больше было поголовья. Как Вы к этому относитесь?

Д.Медведев: Владимир Карпович, не верьте, ничего не готовится.

В.Сидоров: Прекрасно. Прекрасно, большое спасибо.

Д.Медведев: Я мог бы на этом и завершить, потому что это пустопорожняя дискуссия, к которой, кстати, подключились, естественно, наши друзья из оппозиции: ага, раньше коммунисты кур отбирали, а сейчас «Единая Россия» собирается этим заняться. Она нам ни к чему. На самом деле причина была очень простой: губернаторы, причём южных регионов, сказали, что там у них огромные личные подсобные хозяйства. И ничего и в этом плохого нет. Но, мол, в этом случае очень трудно контролировать санитарно-эпидемиологическую ситуацию, раз. И второе, по-честному, если ЛПХ называется какое-то предприятие, в котором отара в 15 тыс. овец, и налогов оно не платит, ну не очень красиво по отношению к государству, да, это вопрос. Но даже это не должно быть основанием для того, чтобы принимать какие-то необдуманные, дурацкие решения, особенно в условиях, когда наше население ещё где-то на задворках своей памяти помнит решения 1960-х годов, которые до сих пор многим икаются. Собственно, всё.

С.Серёжина (председатель первичной профсоюзной организации ОАО «Рязанский радиозавод»): Серёжина Светлана Ивановна. Я представляю Рязанский радиозавод, являюсь председателем первичной профсоюзной организации, кандидат в депутаты областной думы от партии «Единая Россия».

Дмитрий Анатольевич, мой вопрос касается материнского капитала. В настоящее время программа материнского капитала работает, что очень хорошо. А что будет через два-три года? Есть ли уже решения по этой программе? Сохранится ли действующая модель? И такой вопрос: а как насчёт третьего?

Д.Медведев: Спасибо. Светлана Ивановна, я думаю, что вы, в общем, от меня чудес не ждёте, я не готов сейчас это делать. Но тем не менее могу вам сказать, что мы, конечно, думаем о судьбе материнского капитала, думаем о том, как эту программу продолжать. Если говорить просто и прямо, это одна из самых удачных социальных программ новейшего времени. Я про советский период говорить не буду, потому что таких программ и не было. Единственная социальная программа – это был налог на холостяков, малосемейных и одиноких граждан. Кто постарше, тот помнит, а кто помладше, этого налога уже и не знает. Так вот, эта программа реально хорошо работает, и она свою роль уже исполнила во многом, потому что мы стали получать вторые и последующие рождения. Женщины стали с гораздо большей охотой планировать семью, планировать рождение дополнительных детей. Но надо признаться по-честному: это крутая программа для бюджета. Во время разных поездок, с кем бы я ни разговаривал из заграничных коллег, по-честному скажу: ни у кого такой нет. Вообще в мире. Ни у кого. Я имею в виду те страны, конечно, у которых есть проблема с демографией. Нашим китайским друзьям, наверное, и не нужна эта программа, но в Европе есть такие же программы. Так вот, такие деньги никто не платит, даже с учётом девальвационных процессов и так далее. То есть мы пошли на очень серьёзные траты, и я считаю, что жалеть об этом не стоит. Это действительно вернулось нам дополнительным количеством рождений, новыми гражданами России. Это супер!

Теперь в отношении будущего. Мы сейчас считаем, что можно было бы сделать на будущее, потому что у нас программа заканчивается в конце 2016 года. Мы взвешиваем различные варианты дальнейшей поддержки деторождения в нашей стране, программы поддержки материнства. Как они конкретно будут выглядеть, я пока вам сказать не готов, но мы точно эту тему не оставим, не скажем, мол, у нас сейчас тяжёлый период, мы ничего сделать не можем, денег нет у государства, поэтому всё: кто сумел вписаться – молодцы. С другой стороны, конфигурацию того, что будет, я пока озвучить не готов. Отсюда простой вывод: те, кого это касается, торопитесь. 

Н.Митрохин (директор сельскохозяйственного производственного комплекса «Вышегородский», член Регионального политического совета): Урожайность некоторых культур у нас превышает 70 центнеров, средняя урожайность по хозяйству – 42 центнера, но мы понимаем, что если стоять на месте и не приобретать новую технику, не использовать новые инновационные технологии и не использовать Ваш призыв «Мы способны прокормить полмира!», который я, кстати, удачно как слоган (извините, взял без Вашего разрешения) использую на выборах…

Д.Медведев: Ничего, ничего. Потом пришлёте чего-нибудь хорошего из вашего, так сказать, хозяйства.

Н.Митрохин: Согласен. На сегодняшний день 125 встреч провёл, и люди очень тепло понимают это. Когда им говоришь, что Россия обладает 10% мировых запасов пашни, 20% мировых запасов воды, что мы способны себя накормить, люди, селяне, задают единственный простой вопрос: «Помогите нам модернизироваться, помогите закупить хорошей техники». Дмитрий Анатольевич, я знаю таких предпринимателей-трудоголиков, которые ещё работают на технике из прошлого века. Если бы Вы дали поручение своему аппарату рассмотреть какую-то реальную скидку для товарищей, которым тяжело... Не надо мне, грубо говоря, давать скидки, всё уже нормально, а вот таким людям, крестьянам, которые действительно работают, которые буксуют, не могут без поддержки, помогите, пожалуйста. И храни Вас бог.

Д.Медведев: Спасибо, Николай Николаевич, на добром слове. Знаете, мне говорили сейчас про медицинскую технику и про материнский капитал говорили, хочу теперь вот снова к сельскому хозяйству вернуться. Последние 10 лет мы действительно много сил тратили на подъём нашего села, на развитие нашего сельского хозяйства, и, надо признаться, нам многое удалось. Вот если занимать честную, объективную позицию… Вы, я так понимаю, всю жизнь этим занимаетесь?

Н.Митрохин: С детства. И дед мой…

Д.Медведев: Прекрасно. У меня тоже корни крестьянские, правда, не из Рязанской области, тем не менее. Я просто помню, как мне дед обо всём этом рассказывал. Я что хочу сказать – если не лукавить, по многим позициям у нас никогда не было такого сельского хозяйства. Я в Думу прихожу к нашим товарищам, к Сергею Ивановичу (С.Неверов), наши друзья-коммунисты сидят, говорят: вот, это плохо и это плохо на селе. Но начинаешь им задавать вопрос: «А вы помните, что было, как было?» Ну никогда такого развитого сельского хозяйства у нас не было. Почему? Не потому, что мы такие умные и хорошие, а потому что мы приняли правильные решения и вложили деньги. Разными способами – и в производство, и в кредитование, и в кадры, и в целые направления, отрасли сельского хозяйства. И, кстати, в само село тоже. И это дало свою отдачу.

Нам, конечно, нельзя всего этого растратить, даже в нынешний тяжёлый период. Поэтому, конечно, мы должны продолжить программу кредитования и программу субсидирования кредитной ставки по самым разным направлениям – и по животноводству, и по растениеводству, и по инвестиционным кредитам (потому что очень часто это длительный цикл). Естественно, продолжить поддержку российских производителей сельхозтехники, потому что для того, чтобы купить нормальный трактор или комбайн, нужно иметь для этого финансовый ресурс, а с другой стороны, чтобы наши производители могли продавать его по конкурентной цене. Для этого мы планировали деньги, немаленькие, это, если я правильно помню, порядка 10 млрд рублей именно на поддержку производства сельхозтехники и продажи этой техники нашим аграриям в этом году. И мы будем, естественно, делать всё, чтобы такая поддержка сохранилась и на будущий период, даже несмотря на то, что это нам весьма и весьма непросто. У нас с вами откровенный разговор. Вы с людьми общаетесь постоянно, со своими избирателями, с нашими гражданами. У нас непростой бюджет в этом году будет. Я вчера коллег собирал, и мы обсуждали, каким образом этот бюджет формировать, особенно в условиях очень высокой неопределённости на рынке нефти и газа. Вы знаете, это напрямую оказывает влияние на наш бюджет. Есть проблема с курсом рубля, который также связан у нас, к сожалению, со стоимостью нефти. Иными словами, мы должны все риски в этот бюджет закладывать. Из-за этого, по всей вероятности, мы будем обращаться к нашим коллегам в Государственной Думе, чтобы перейти из-за большого количества неопределённостей, высокого риска всякого рода негативных факторов на однолетний цикл бюджетного процесса. Во всяком случае, вчера я такое поручение коллегам из министерств финансов и экономического развития дал. Надеюсь, это временная мера, потому что мы должны смотреть вперёд и, конечно, планировать на более длительную перспективу. К чему я это всё говорю? Даже эта очень непростая ситуация не должна привести к снижению инвестиций в сельхозпроизводство. Вот на этом я поставлю точку.

Реплика: Спасибо Вам!

Л.Кибальникова (председатель товарищества собственников жилья «Песочня»): Людмила Кибальникова.

Д.Медведев: Людмила, как вас по батюшке?

Л.Кибальникова: Людмила Викторовна.

Д.Медведев: Давайте, Людмила Викторовна.

Л.Кибальникова: Директор информационного агентства «Наш регион», председатель ТСЖ «Песочня», председатель рязанского областного отделения общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «Опора России».

Дмитрий Анатольевич, у меня вопрос о социальном предпринимательстве. Государство уже немало сделало в этом направлении: принят закон о частно-государственном партнёрстве, обнулён налог на прибыль и внесены изменения в нормативно-правовую базу. Но тем не менее следует отметить, что, несмотря на все усилия государства, бизнес неохотно идёт в социальную сферу и доля его ничтожно мала – 1,5–2%. В Рязанской области та же картина. На территории Рязанской области осуществляет свою деятельность всего одна негосударственная компания, которая предоставляет социальные услуги населению. Бизнес этот низкоприбыльный, а население в социальных услугах нуждается, и бизнес этот нуждается в поддержке, а в региональной казне средств не хватает.

Д.Медведев: В федеральной тоже не очень много.

Л.Кибальникова: Дмитрий Анатольевич, «Единая Россия» предлагает законодательно закрепить термин «социальное предпринимательство» и дать возможность субъектам Российской Федерации самостоятельно определять перечень видов экономической деятельности, которые относятся к социальному предпринимательству, и формы государственной поддержки – финансовые, консультационные, информационные, подготовку кадров. Что Вы думаете по этому поводу? И какие новые стимулы разрабатывает Правительство? Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо. Людмила Викторовна, я вот что хочу сказать. 

Действительно, у нас пока предпринимательство в социальной сфере… Мне больше нравится вот это выражение, а не «социальное предпринимательство», потому что в термине «социальное предпринимательство» есть известное противоречие. Что такое предпринимательство? Это деятельность, направленная на извлечение прибыли. Если эта деятельность не приносит прибыли, это не предпринимательство, это благотворительность, и так и нужно называть. Но предпринимательство, то есть коммерческая деятельность, возможно и в социальной сфере. Поэтому отвечаю на ваш первый вопрос: я считаю, что вполне можно дать определение понятию «предпринимательство в социальной сфере», и именно так, а не иначе.

Второе. Вы сами этим занимаетесь. Это всё-таки должно быть предпринимательство. Почему оно у нас так не развивается, как хотелось бы? Вот вы говорите, оно низкоприбыльное, но оно всё-таки должно прибыль создавать. И если прибыли нет… Все же знают отлично, особенно те, кто с бизнесом связан, – мы можем хоть в спину толкать таких предпринимателей, они не пойдут, скажут: «Ребята, да сами этим занимайтесь, а мы торговать будем». А вот чтобы это было прибыльным, нужна система стимулов, и если она заработает, тогда всё в порядке.

У нас принят закон о социальном обслуживании, у нас есть целый ряд подзаконных нормативных актов, которые посвящены этому вопросу. Они далеко не все срабатывают. Я считаю, что можно было бы рассмотреть вопрос о дополнительном стимулировании предпринимательской деятельности в социальной сфере. Вот вы сказали, что можно было бы передать регулирование этого вопроса на региональный уровень, с тем чтобы сам регион проводил решение, определялся, какую деятельность относить к предпринимательской в этой сфере. Я ничего в этом плохого не вижу, но как человек достаточно осторожный хочу сказать, что всё-таки некий примерный перечень я бы считал правильным затвердить либо на уровне закона, либо на уровне постановления Правительства. Почему? Я ничего не хочу сказать про местных руководителей, лично про Олега Ивановича (О.Ковалёв), все здесь люди разумные и опытные. Но я не удивлюсь, если где-нибудь возникнет социальное предпринимательство в сфере нефтепереработки, например, или ещё что-нибудь. Нам этого не надо. Нам надо по-честному, чтобы это всё было.

Поэтому давайте я поручение такое тоже дам, чтобы посмотрели именно изменения законодательства, начиная от понятия, понятийного аппарата и заканчивая льготами, которые в настоящий момент применяются, но не дают эффекта. Почему не дают эффекта? Я просто вспомнил, мы там и гранты какие-то вводили (вот коллеги знают), и пытались иначе стимулировать – обнуляли налог, а льгота не применяется. Не идут, значит, не цепляет, надо подумать о чём-то другом, то есть сами льготы не работают. Поэтому это повод для того, чтобы к этому вопросу вернуться.

Л.Кибальникова: Спасибо.

Д.Медведев: Так, пожалуйста. Давайте мы так договоримся. Ещё три вопроса, и пожелаем друг другу хорошего 1 сентября. Вам же нужно встретить детей, внуков, которые придут с радостными лицами, с ранцами и цветами уже для мамы и папы.

И.Мурог (директор Рязанского института (филиал) Московского государственного машиностроительного университета): Мурог Игорь Александрович, сторонник партии «Единая Россия», директор Политехнического института. Дмитрий Анатольевич, у меня не вопрос, а предложение по образовательной сфере деятельности. Сегодня существует определённый перекос. Школьник, завершив обучение, выбирает вуз и делает всё-таки выбор в пользу модных и популярных профессий, но эти профессии не всегда сегодня востребованы и нужны на рынке труда. И что получается сегодня? Экономисты, юристы, менеджеры – перебор, а, к сожалению, хороших, высококвалифицированных учителей, врачей и, особенно хочу отметить, инженеров не хватает.

Д.Медведев: Как юрист не могу с вами не согласиться. С юристами точно перебор. И с экономистами тоже.

И.Мурог: Спасибо. Есть целевой набор, но он не решает эту проблему полностью. Нужны дополнительные меры. Что мы хотели бы предложить? Мы хотели бы предложить для студентов-целевиков по отдельным группам и направлениям подготовки увеличить стипендию до 10 тыс. рублей за счёт уже существующего сегодня стипендиального фонда между вузами.

Д.Медведев: То есть не увеличивая его?

И.Мурог: Не увеличивая. Что это позволит сделать? Это, во-первых, позволит повысить мотивацию поступающих. Во-вторых, мы всё-таки, наверное, увеличим и ответственность: если человек не будет работать по своей профессии, он будет ещё нести финансовое обременение. Конечно, хочу отметить, количество студентов, которые получают стипендию, будет меньше, но будет хорошая, здоровая конкуренция.

Я могу привести пример нашего рязанского политехнического института. Перед этой приёмной кампанией мы утвердили положение и на сайте его разместили: для абитуриентов, которые к нам поступают – а у нас только инженерные специальности, инженерная подготовка – с высоким баллом ЕГЭ, мы готовы за счёт своих средств доплачивать определённые финансы. Что мы имеем? По направлению, например, «строительство», если в прошлом году средний балл ЕГЭ был 64 балла, в этом году он уже 78. Есть результат. Поэтому, Дмитрий Анатольевич, просьба поддержать нашу инициативу. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо, Игорь Александрович. Давайте эту инициативу, естественно, рассмотрим, потому что нам нужно (и здесь я с вами не могу не согласиться) увеличивать количество людей, поступающих на действительно нужные для нашей экономики специальности. Это не значит, что экономисты с юристами не нужны, но их уже много. А инженеров качественных мало, врачей в ряде случаев мало, педагогов на каких-то территориях тоже не хватает, ну и так далее. Поэтому это, безусловно, так.

Теперь в отношении стипендии. К стипендии у меня такое отношение: стипендия, строго говоря, даже в советский период (а мы с вами в советский период ещё учились) никогда не была чем-то, что определяет желание поступать в университет, в институт… Я помню: когда поступал в Ленинградский государственный университет, обычная стипендия в ЛГУ была 40 рублей (не повышенная, а стандартная стипендия). На эти деньги жить было невозможно, но завтракать и что-то съесть было можно., Например, в военно-инженерном институте, военмехе так называемом, в Петербурге (кто знает этот вуз – действительно очень сильный вуз был и остаётся, там готовили хорошие кадры в области двойных технологий и, соответственно, вооружений) стипендия сразу была рублей 75. Я почему об этом помню? Я ходил в этот военмех на курсы по математике. Я ещё тогда думал, куда поступать – на юриста или на инженерную какую-то профессию, но о стипендии я думал в самую последнюю очередь. И когда я принимал решение, несмотря на то что там была в два раза больше стипендия, я всё равно выбрал другую специальность. Почему я об этом говорю? И сейчас на стипендию прожить невозможно. Мы не сможем платить такую стипендию, которая будет зарплатой и позволит людям жить и планировать что-то в будущем. Это первое.

Второе – может быть, даже более важное. К примеру, мы будем платить больше. Я не возражаю, естественно, неплохо платить стипендию повыше. Где у нас гарантии, что граждане, которые эту повышенную стипендию будут получать, потом пойдут работать по тем специальностям, которые они выбрали, а не станут у лотков продавать что-нибудь? Никакой гарантии нет. В самой стипендии нет никакой гарантии. Либо мы должны заключать уже договоры…

И.Мурог: Совершенно верно!

Д.Медведев: …о том, чтобы это всё проецировалось на будущее, чтобы потом можно было их привлечь к ответственности... Николай Иванович хочет сказать пару слов.

Н.Булаев (первый заместитель руководителя фракции «Единая Россия» в Государственной Думе, член Высшего совета партии): Мы это обсуждали.

Д.Медведев: Да-да. Эти вещи меня не то чтобы смущают, но на них требуется дать ответ, и ответ этот даст Николай Иванович Булаев.

Н.Булаев: Не дам, Дмитрий Анатольевич, а напомню просто: когда мы обсуждали последнюю итерацию закона об образовании, тогда у Вас в кабинете внесли правку, согласно которой есть двойная финансовая ответственность – у студента и у предприятия. Если мы увеличим стипендию – семь, восемь или десять, – то эта двойная ответственность становится около миллиона рублей. Она заметна. Сегодня её нет. И тогда договор целевого приёма становится правовым документом.

Д.Медведев: Для этого нужно менять закон? 

Н.Булаев: Нет, не нужно. Мы с коллегами уже обсуждали это – и с Сергеем Ивановичем (С.Неверовым), и с Игорем Александровичем (И.Мурогом) – и готовы подготовить Вам аналитическую записку, в которой изложим аргументы: как риски, которые существуют, так и положительные явления, которые позволят нам на самом деле достаточно быстро решить проблему обеспечения кадрами.

И здравоохранение. Сегодня там 73% целевой приём, а кадров не хватает. Где они? То же самое в образовании, то же самое в оборонке. И мне кажется, это очень серьёзная тема, она и для партии значимая, и мне кажется, есть смысл ей заняться. Будет поручение – мы продолжим. Спасибо.

Д.Медведев: Договорились. Тогда таким образом и будем работать, как Николай Иванович предложил. Поручение я, естественно, такое дам и Правительству, и просил бы коллег из Государственной Думы подключиться. Если действительно это пойдёт с ответственностью, это может сработать. Но нам нужно и обязать наших уважаемых студентов, наших детей и внуков ответственно относиться к выбору специальности. Конечно, когда за свои деньги учишься, это твоё дело, можешь потом плюнуть на всё и рыбу ловить, но на бюджетном месте, если государство за тебя платит, будь любезен всё-таки государству что-то отдать. Все, кто выпускался в советский период, помнят, что было несколько лет отработки (да, три года) и уйти было практически невозможно либо это был такой конфликт, которого человек вообще не хотел. А сейчас мы живём вообще в рыночную эпоху, когда экономика по другим законам работает. Давайте так и будем действовать.

Е.Митина (председатель рязанской областной организации Профсоюза работников народного образования и науки Российской Федерации): Митина Елена Анатольевна, председатель рязанской областной организации Профсоюза работников образования, член общественной палаты Рязанской области, беспартийная.

Д.Медведев: Слушаю, Елена Анатольевна, пожалуйста.

Е.Митина: Дмитрий Анатольевич, по поручению Президента в Государственную Думу должен быть внесён законопроект о федеральном, региональном и муниципальном контроле. Мы знаем, что с 1 января в Крыму и Севастополе идёт эксперимент по переподчинённости трудовых инспекций губернаторам и что в 2016 году, не дожидаясь результатов, ещё в 10 регионах должна произойти передача этих полномочий. Конечно, регионы сейчас приняли антикризисные меры, но всё равно напряжённость на рынке труда сохраняется и даже немножко растёт.

И здесь возникает вопрос: если Роструд лишится своих контрольных и надзорных функций, а в регионах пока ещё нормативной базы необходимой не создано, то каким образом будет осуществляться надзор в сфере труда? В данном случае речь идёт не только о соблюдении трудового законодательства, а в первую очередь об охране труда на предприятиях и в учреждениях и, конечно, о жизни и здоровье наших граждан. Поэтому есть такое предложение: всё-таки дождаться окончания эксперимента в Крыму, обсудить ещё, может быть, с членами партии, с общественностью, с профсоюзами, а потом уже принимать взвешенное решение.

Д.Медведев: Елена Анатольевна, вы работаете в профсоюзной организации где-то? Правильно я понял?

Е.Митина: Да.

Д.Медведев: Спасибо большое. Это просто важное уточнение, потому что, насколько я знаю, действительно работники профсоюзных организаций сомневаются в целесообразности передачи этих полномочий в компетенцию субъектов Федерации. Более того, без известных законодательных изменений мы этого и сделать не можем.

Что касается Крыма. Вы все прекрасно понимаете, там особая ситуация – это была другая страна, другое нормативное поле, и мы там более смело экспериментируем, потому что то, чего у них не было, невозможно отнимать, и наоборот. Там есть известная специфика. По всем остальным субъектам – и вот этим 10, о которых вы говорите, и другим – я полностью согласен. Нам нужно взвесить все последствия, каким образом мы будем контролировать соблюдение законодательства о труде.

Здесь есть, как обычно, две позиции: кто-то считает, что если Минтруд утратит эти полномочия (и инспекции по труду тоже, соответственно, не смогут этим заниматься), то тогда будет очень тяжело, начнутся бесконечные нарушения. Кто-то считает, что это можно отрегулировать на месте. Давайте ещё просто вместе поразмышляем о целесообразности передачи соответствующих полномочий субъектам Федерации. Не скрою, не обсуждал этот вопрос с Олегом Ивановичем (Ковалёвым). Вы что думаете по этому поводу?

О.Ковалёв: Я считаю, что такая передача полномочий вообще-то возможна…

Д.Медведев: Всякое возможно. Вопрос в целесообразности.

О.Ковалёв: Я считаю, что сейчас, в условиях, когда всё-таки люди труда испытывают определённое давление…

Д.Медведев: На рынке непростая ситуация, это правильно было сказано.

О.Ковалёв: Ситуация непростая. Менять именно сейчас я бы не стал. Я бы, может, усовершенствовал где-то какие-то детали и продолжал работать в этом ключе. У нас в Рязанской области противоречий в этом плане нет. Мы организованно работаем вместе с Минтрудом, и здесь задача сейчас сделать всё, чтобы сохранить трудовые права граждан и право на заработную плату в этих условиях.

Д.Медведев: Я просто вас спросил именно как губернатора, потому что вы в данном случае представляете здесь весь губернаторский корпус. Это должна быть разумная ситуация, разумное решение. Мы не должны привести рынок труда в разбалансированное состояние, потому что он и так испытывает давление. Действительно, и безработица там, она невеликая, но всё равно… Есть определённые движения, есть секторы экономики, где реально ситуация тяжёлая по безработице, и мы вынуждены ими непосредственно заниматься. Есть области, где есть серьёзные проблемы. Рязанская область, слава богу, не относится к числу тех, где обострилась очень эта ситуация, но вся совокупность этих факторов наталкивает на мысль о том, что действовать нужно аккуратно.

Г.Свид (генеральный директор ООО «Авангард», депутат Рязанской областной думы, член регионального политического совета партии): Свид Георгий Семёнович, член «Единой России» и руководитель сельскохозяйственного предприятия, которое называется «Авангард». Я хотел бы продолжить разговор по образованию. Дмитрий Анатольевич, Вы были…

Д.Медведев: Вы сельхозпредприятие возглавляете?

Г.Свид: Да, сельхозпредприятие.

Д.Медведев: Но про образование. Это хорошо.

Г.Свид: Вы были у нас, Вы смотрели социальную сферу, видели у нас посёлок, построенный для молодёжи – специалистов сельского хозяйства. Но у нас крупное хозяйство, и мы видим, что дальнейшее эффективное развитие сельского хозяйства будет очень трудным, если не изменить ситуацию по совершенствованию подготовки специалистов. Здесь, видимо, нужна какая-то единая концепция, которая должна быть выработана по образованию.

Д.Медведев: Вас не устраивает сейчас уровень подготовки, если так прямо говорить?

Г.Свид: Нет, не устраивает. И здесь бы, конечно, на уровне Правительства нужно выработать единую концепцию образования…

Д.Медведев: Аграрного образования именно?

Г.Свид: Аграрного образования, конечно. Планируется ли выработка такой концепции Правительством?

Д.Медведев: Начнём с того, что у нас и сейчас есть уже концепция развития нашего образования в целом, она и как концептуальный документ действует, и как закон об образовании. Мы много времени потратили на то, чтобы его принять, это очень сложный был закон для прохождения. Естественно, есть и специальные документы о развитии сельскохозяйственного образования. Но раз вы этот вопрос задаёте, из него следует очень простой вывод, что качество специалистов всё равно не устраивает. Где-то лучше готовят, где-то хуже. Я в разных аграрных вузах был, они на самом деле разные (простите за тавтологию, что называется). Где-то учат уже по современным методикам, показывают современные машины – тракторы, комбайны, то есть техника уже самого высокого уровня, прямо сразу же на них ребята тренируются в поле, смотрят, как технологии современные используются, как техника работает. А где-то это всё на пальцах, что называется, показывают. И там, наверное, подготовка хуже.

Поэтому давайте подумаем, каким образом всё-таки улучшить качество аграрного образования.

Здесь есть ещё один момент. У нас сельхозобразование относится к ведомственному образованию до сих пор, так ведь? Да, и им занимается Минсельхоз. Вроде бы, с одной стороны, правильно: раз это Минсельхоз, значит это сельхозобразование. С другой стороны, совсем неправильно. Потому что ни в одной стране мира нет ситуации, как у нас когда-то было: одно министерство отвечает за один университет, другое министерство – за другой университет. У нас такая ситуация сохраняется как в известной степени пережиток прошлого. Я не предлагаю её сейчас сломать, упаси бог, не надо этого делать. Но почему я об этом вспоминаю – потому что очень часто критерии, подходы к ведомственному образованию оказываются ниже, чем в общей системе образования, и коллеги, которые этим занимаются, знают это очень хорошо. Я сейчас не предлагаю изъять эти вузы из компетенции Минсельхоза, но либо Минсельхоз должен их привести в чувство, либо действительно нам придётся принимать решение о том, чтобы их передать в общую систему Министерства образования. Ведомственные вузы должны быть не менее сильными, чем вузы, которые входят в систему Министерства образования. Ну а концепцией, конечно, позанимаемся.

Коллеги, большое спасибо вам! Хочу ещё раз пожелать всем хорошего настроения, и не только 1 сентября. И желаю успешных выборов. 13-го числа подведём итоги. Спасибо, до встречи!